?

Log in

posit.kz's Journal
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 4 most recent journal entries recorded in posit.kz's LiveJournal:

Thursday, June 2nd, 2011
11:19 am
[erbol]
"Позиция.кз" в ЖЖ
Уважаемые дамы и господа! В связи с блокировкой нашего сайта (www.posit.kz) было создано данное сообщество.
Отныне все материалы, размещаемые на сайте, дублируются здесь, чтобы вы могли их прочесть, невзирая ни на что.
Monday, June 2nd, 2008
10:52 am
[erbol]
Базара нет
Экономика

Базара нет

Ситуация в торговле красноречиво говорит о развитие кризиса

Константин КИМ

Скучающие лица продавцов за прилавками магазинов и рынков – теперь картина привычная. Ведь покупатель нынче к ним идет гораздо реже, так как вынужден больше тратиться на дорожающие с каждым днем продукты питания, а вот рынок товаров не первой необходимости, вслед за строительным сектором, постепенно входит в штопор.

В итоге торговцы автомобилями, бытовой техникой, мебелью, одеждой, зажатые жесткой дилеммой между повышением цен на свою продукцию и снижением потребительского спроса, все-таки вынуждены продвигаться вверх по ценовой лестнице, тем самым заведомо уменьшая объемы торговли. Просто замкнутый круг какой-то получается.

На самом большом в республике вещевом рынке, точнее, сети рынков – всем известной барахолке, экономический кризис и резкое снижение покупательской способности ощущаются в полной мере. Полагаясь на многолетний опыт, владельцы контейнеров и бутиков верят не многочисленным заверениям чиновников об отсутствие в стране финансового кризиса, а количеству денег за проданный товар, которых с каждым днем становится все меньше.

Практически все опрошенные нами хозяева бутиков и контейнеров на рынках «Рахат», «Болашак» и «Евразия» жалуются на резкое сокращение торговли, которое началось около двух месяцев назад. При этом, подчеркивают предприниматели, так называемый «мертвый сезон» - характерный для летних месяцев, когда спрос на товары падает, только начинается.

«Почти половина завезенного товара весенне-летнего сезона до сих пор осталась непроданной, - жалуется Александр, владелец контейнера на рынке «Болашак». - Вы сами видите, торговли нет, и многие просто не выходят на работу - не видят смысла открывать контейнер, так как выручка, по сравнению с прошлым годом, уменьшилась в несколько раз. А ведь нам нужны оборотные средства чтобы закупать новый товар. Вдобавок ко всему, выросли отпускные цены на товар в Китае, государство подняло таможенные пошлины»...

Действительно, даже неискушенному в барахольной торговле человеку видно: количество покупателей на рядах стало заметно меньше. Но, задумались мы, может быть, все происходит с точностью да наоборот – возросшее благосостояние населения позволяет теперь казахстанцам ходить за покупками в фирменные магазины, а не толпиться на рынках, где нет никаких условий, и поэтому барахолка опустела?

Однако обратившись в бутики торгово-развлекательных центров мы выяснили, что и там для торговли настали не лучшие времена. И хотя в последнее время многие действительно предпочитают покупать фирменный товар, сейчас уровень продаж не такой хороший, как был еще несколько месяцев назад.

Другие секторы торговли также испытывают застой. На автомобильном рынке вообще наблюдается стагнация, причем продажи не идут как у официальных дилеров, так и у частных продавцов машин.

«Невероятно, но я уже четыре месяца не могу продать ни одну машину с пригнанной партии, такое ощущение, что авторынок вымер! В день с такого огромного объема продается всего несколько машин. Смешно, но сейчас я вынужден таксовать, чтобы хоть немного заработать на жизнь, - рассказывает предприниматель Тимур, - А крупные дилеры, как я слышал, вообще вынуждены отправлять автомобили назад производителю, так как торговли нет, а модели устаревают».

Но вернемся к вещевому рынку. Ведь если потребитель будет больше тратить на питание, а средств на одежду и другие предметы обихода останется меньше, ему волей-неволей придется покупать более дешевый и менее качественный товар. Вот и многие торговцы, уловив эту мысль, собираются к новому сезону привозить уже товар подешевле, надеясь, что хоть тогда торговля пойдет. А ведь нечто подобное было совсем недавно, когда все мы ходили в одинаковых дешевых спортивных костюмах, пользовались самой низкопробной бытовой техникой. Неужели это грозит повториться?

Между прочим, в связи с неизбежным глобальным продовольственным кризисом прогнозируется, что в дальнейшем цены на продукты питания будут только расти, а значит, потребителю еще не раз придется делать переоценку своих товарных приоритетов в сторону уменьшения.

В общем, рост цен бьет как по потребителям, так и по продавцам. Последние уже пытались изливать свое недовольство народными методами. Все помнят апрельскую забастовку «барахольщиков», следствием которой как раз и стало резкое снижение торговли. Тогда продавцы, сетуя на уменьшение доходов, требовали снизить стоимость аренды торговых точек.

По словам Алии, торгующей обувью на рынке «Кулагер», сейчас действительно приходится работать только на аренду, несмотря на то, что администрация рынка все-таки заставила хозяев бутиков брать с торговцев меньше. И если раньше место здесь стоило около $1,5 тыс. в месяц, теперь цену понизили до $1 тыс. А аренда «престижных» мест на первом ряду рынка «Болашак» упала в два раза - с $4 - 5 тыс. до $2 – 2,5 тыс.

Кстати, нынешние волнения на центральном вещевом рынке подтолкнули торговцев излить недовольства и по поводу нелепых порядков, царящих на территории базара, напрямую провоцирующих рост цен на товар. Ведь продавец вынужден вкладывать в стоимость товара все многочисленные и часто непонятные сборы денег со стороны администрации и еще не известно кого. На первый взгляд это не такие большие суммы, но если все сложить, получится внушительная цифра.

Вот, например, что сказал нам один и хозяев контейнера, по понятным причинам не желающий называть своего имени:

«То, что мы ежедневно и ежемесячно платим различные сборы – еще хоть как-то можно объяснить. Но представьте, мне – торговцу с рынка «Болашак», приходится отдавать деньги за то, чтобы провести свой товар со склада по территории других рынков. Там в проходах сидят люди, которым мы молча отдаем мзду, просто бандитские нравы какие-то».

Нынешняя ситуация заставляет многих владельцев торговых точек начинать смотреть на другие отрасли, дающие возможность заработать. Интересно, что теперь придумают отечественные предприниматели, для того, чтобы получать доходы, сопоставимые с операциями с недвижимостью и торговлей китайским ширпотребом?
10:51 am
[erbol]
Глава ЕБРР по Центральной Азии: «Контроль цен не работает»
Экономика

Глава ЕБРР по Центральной Азии: «Контроль цен не работает»

Оливье Декамп предлагает повысить цены на энергию и открыть рынок для зарубежных банков

Административное регулирование цен и ограничение экспорта различных товаров не приносят долгосрочного эффекта в борьбе с инфляцией. Без развития внутренних производств экономика страны становится уязвимой перед глобальными экономическими процессами. Об этом в интервью «&» заявил директор бизнес-группы по странам Юго-Восточной Европы, Кавказа и Центральной Азии Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) Оливье Декамп.

– Прошедшее недавно в Киеве ежегодное собрание ЕБРР было посвящено таким вопросам, как возобновляемые источники энергии, социальная ответственность бизнеса, укрепление среднего класса. Почему именно эти темы были выбраны организаторами для обсуждения?

– Несколько лет назад мы поняли, что странам, в которых работает ЕБРР, а также предприятиям в этих государствах необходимо помочь стать более конкурентоспособными в условиях высокой волатильности в энергетической сфере. Зачастую бывает так, что страны богаты нефтью и газом, но имеют неразвитый энергетический сектор.

На наш взгляд, сегодня возобновляемые источники энергии играют очень важную роль. В условиях растущего энергопотребления, как правило, государства начинают строить новые генерирующие мощности, тогда как гораздо проще и дешевле заниматься повышением эффективности использования энергии. В качестве примера можно привести металлургические предприятия со старыми открытыми печами, в которых происходит большая утечка тепла. Ведь можно минимизировать эти потери, оборудовав такие заводы новыми печами, в которых выделяемое тепло и газы будут использоваться в качестве источника энергии. И подобная практика может использоваться повсеместно, в том числе на небольших предприятиях.

Вообще, как мне кажется, необходимо повышать дисциплину потребителей энергии, в том числе путем повышения тарифов. Энергия должна быть более дорогой. Во-первых, это приведет к более бережному использованию энергии, а во-вторых, позволит привлечь инвестиции в энергетический сектор. Без повышения тарифов привлечь в энергетику инвестиции – местные или зарубежные – невозможно, в противном случае они не окупятся.

Одновременно правительство должно следить за тем, чтобы электроэнергия была доступна всем потребителям. Наименее обеспеченные слои населения, безусловно, не должны пострадать от повышения тарифов, для них необходимо предусмотреть субсидии, а промышленные предприятия и другие крупные пользователи должны оплачивать полную стоимость электроэнергии. Кроме того, если оставить тарифы на сегодняшнем уровне, возобновляемые источники энергии никогда не будут широко использоваться, потому что их использование пока обходится дороже, чем использование традиционных источников.

– Для стран, богатых энергетическими ресурсами, вопросы использования возобновляемых источников энергии не очень актуальны. Как вы считаете, придет ли время, когда, например, Казахстан присоединится к этому процессу?

– Да, действительно, это займет определенное время. Думаю, для Казахстана сегодня приоритетом является привлечение инвестиций в свой энергетический сектор для увеличения генерирующих мощностей, например работающих на газе. У других стран такой возможности нет, поэтому они больше ориентированы на внедрение политики энергосбережения.

– Еще одна тема, находившаяся в центре внимания участников собрания ЕБРР, – корпоративная социальная ответственность (КСО). Между тем некоторые экономисты, например, лауреат Нобелевской премии по экономике Милтон Фридман, являются противниками КСО, считая, что задача бизнеса – делать деньги и платить налоги и его не нужно привлекать к решению всяческих социальных проблем, так как это прерогатива государства. Что вы думаете по этому поводу?

– Я абсолютно не разделяю эту точку зрения. Думаю, и на развивающихся, и на развитых рынках корпорации несут ответственность за общество. Если крупный инвестор работает в каком-либо регионе, то совершенно естественно, если он обеспечивает своих работников транспортом, питанием, оказывает им медицинские услуги и заботится о минимизации вредного воздействия на экологию. Это и есть социальная ответственность.

Мне кажется, что дискуссии могут идти о том, насколько далеко может заходить корпорация в своей социальной ответственности. Но я совершенно убежден, что очень малое количество предприятий в мире могут игнорировать вопросы социальной ответственности. НПО, пресса и население ожидают, что хорошие работодатели должны делать больше, чем просто предлагать работу и платить за это зарплату. К сожалению, государственные органы не могут обеспечивать все потребности населения, и поэтому я думаю, что будет лучше, если это будут делать корпорации, чем никто.

– По мнению ЕБРР, ключевым элементом стабильности для общества является наличие сильного среднего класса. Как вы считаете, какие меры необходимо предпринимать для появления среднего класса в странах, где его практически нет?

– Самый лучший способ помочь созданию среднего класса – это оказывать содействие в реализации частных инициатив. Государство должно дать людям возможность создавать бизнес и иметь работу. Со своей стороны власти должны развивать систему образования и делать так, чтобы правила игры в экономике были просты и понятны всем. Нужно позволить бизнесу расти и не указывать ему, как это делать. А что касается роли среднего класса в обществе, то он всегда являлся элементом стабильности и прогресса. Если в обществе очень мало богатых людей и много бедных, то оно очень несбалансированно.

– В прошлом году инфляция в Казахстане составила почти 19%. Что, по вашему мнению, в сложившихся условиях необходимо предпринять для прекращения такого роста цен?

– Инфляция имеет много источников, некоторые из них поддаются контролю в большей степени, некоторые – в меньшей. Например, отчасти инфляция может быть импортирована, потому что дорожает импорт. В этом случае решение лежит в плоскости диверсификации бизнеса, то есть стране необходимо развивать внутренние производства – будь то продовольствие, промышленные или потребительские товары.

Во-вторых, инфляция зависит от монетарной политики страны. Если смотреть на Казахстан, то видно, что экономика Казахстана была перегрета, банки росли слишком быстро, очень много выдавалось кредитов. В результате де-факто у вас произошел свой собственный subprime-кризис. Он немного иной, чем в США, но тоже связан со строительством и недвижимостью. В итоге власти были вынуждены принять ряд мер, направленных на стабилизацию ситуации, в частности по увеличению резервов банковской системы.

Еще один фактор риска – опережающий рост доходов над ростом экономики. Если вы позволяете зарплатам расти быстрее, чем растет эффективность труда работников, то это тоже приводит к инфляции. Другими словами, борьба с инфляцией требует комплексного подхода.

– А насколько эффективны административные рычаги?

– Административный контроль над ценами здесь не работает. Это может дать лишь очень краткосрочный эффект. Прекращение экспорта или его ограничение, введение квот порождает лишь спекуляции и убытки. Никто не может оградить себя от глобальных рыночных процессов путем установления контроля над ценами. Поэтому здесь нужно четко разделять временные и долгосрочные меры по борьбе с ростом цен.

– В прошлом году на казахстанский рынок путем покупки АТФБанка вышла крупнейшая европейская финансовая структура UniCredit Group. Свой интерес к рынку Казахстана демонстрируют некоторые другие крупные международные игроки банковского рынка. Как вы считаете, что привлекает такие крупные банковские конгломераты в нашей экономике, которая, как известно, невелика по размерам?

– Если исходить из численности населения, то Казахстан – действительно не очень большой рынок. Однако Казахстан имеет все шансы стать очень богатой страной. Экономика вашей страны растет очень высокими темпами, растет денежный поток, бизнес требует финансирования, растут доходы и, соответственно, расходы населения. Все это делает казахстанский рынок очень привлекательным для банков. Другими словами – Казахстан сегодня привлекает инвесторов не столько размером экономики, сколько перспективами ее роста.

Международные банки, приходя на казахстанский рынок, могут принести с собой новые продукты и технологии, которых сейчас нет у местных банков. У иностранных игроков есть ноу-хау, которые могут помочь им работать более эффективно по сравнению с конкурентами. В частности, они могут создать очень продвинутый бэк-офис – внутреннюю «банковскую кухню» с самыми современными технологиями. Это позволяет им снижать расходы и повышать эффективность своего бизнеса. Казахстанская банковская система – очень продвинутая, но она пока еще во многом контролируется отечественными игроками.

В других странах мы видели, что с приходом инвесторов извне банковская система становилась более совершенной: ставки по кредитам снижались, появлялись новые продукты, бизнес и население получали улучшенный сервис и новую продуктовую линейку. Поэтому если говорить о приходе стратегических инвесторов из-за рубежа на казахстанский банковский рынок, то, думаю, они знают, что делают.

– Сегодня в Казахстане наблюдается усиление роли государства в экономике. В частности, это выражается в создании различных государственных холдингов. Что вы думаете об эффективности такого подхода?

– Мне понятны причины, почему это было сделано. Думаю, что это связано с желанием правительства улучшить корпоративное управление в государственных компаниях, повысить их транспарентность, назначить профессиональный менеджмент. С созданием этих холдингов процесс принятия решений об инвестициях, выбор инвестпроектов стал более систематизированным. Это очень хорошо.

Главный вопрос в том, как далеко этот процесс зайдет. Думаю, что здесь нужно найти баланс, потому что государство не может быть основным экономическим агентом. Я считаю, что именно частный сектор является двигателем долгосрочного и устойчивого экономического развития. Это возвращает нас к вопросу о среднем классе. Экономике Казахстана нужны малые и крупные предприниматели, нужны внутренние и иностранные инвесторы, которые принесут в страну новые технологии, так как невозможно все развивать у себя дома.

– Но при этом принято считать, что государство – не самый лучший менеджер…

– Да, но я думаю, в вашей стране есть своя элита реформаторов, очень хорошо образованные молодые люди, работающие в общественных администрациях. Казахстан ежегодно посылает 2 тыс. молодых людей в лучшие университеты мира, после чего они приходят на работу в государственные органы. Возможно, что частная форма и более эффективна, но я думаю, работа таких холдингов, как «Казына» и «Самрук», прививает лучшую бизнес-дисциплину, это большой прогресс. Однако это, скорее всего, не является единственным способом решения стратегических экономических задач в будущем.


Источник: Бизнес и власть
10:25 am
[erbol]
Политика
Политика

Три вопроса современного бытия

Казахстанцам пора писать Закон Будущего

Антон СОПРАНИН

Что мы имеем?
Резюмируя итоги развития нашей страны и перефразируя Маркса, можно подвести черту под 17 годами казахстанского суверенитета одной фразой: «Нет такого преступления, на которое не пойдет элита ради 300% прибыли». Карл Маркс говорил о капитале. В нашей же стране понятия «элита» и «капитал» стали взаимосвязаны. В результате – страной правит Прибыль, а не Государственность.


Дело дошло до такой крайней точки, что международная политика низами (определенной частью) оценивается в духе «Они все должны нас уважать за наше богатство». В этой фразе, словно в кристалле, отражены многие уровни падения казахстанского общества и казахстанской государственной мысли:
- мерилом уважения в обществе и, следовательно, показателем элитарности, признано материальное богатство индивида;
- полная неосведомленность значительной части общества относительно дел в добывающем секторе (богатство-то, по сути, не наше, наши только проценты);
- соответственно, определенная целенаправленность народа – в сторону богатства, которое дает уважение и право вхождения в элиту.

Эта целенаправленность должна питаться какими-то примерами успеха. На фоне мирового изобилия моделей достижения личного благосостояния через честный бизнес, выражающийся в производстве товаров народного потребления, через искусство и науку, в Казахстане пропагандируются всего лишь две схемы.

Первая схема – «менеджер по продажам». Вторая – «чиновник». Первая модель гласит «Чем больше ты продашь, тем богаче будешь». Вторая – откровенно коррупционная и в расшифровке не нуждается.

Но ни первая, ни вторая модели не учат тому, что нужно развивать собственное производство в стране, где граждане торгуют друг с другом только импортными товарами, искусственно повышая их стоимость и разоряя самих себя. Если вспоминать труды профессора Нурболата Масанова, можно сказать – произошла «сартизация» страны, от которой предостерегал ученый. Все стали торговцами, производителей практически не осталось.

Схема «Стал чиновником – стал миллионером» вообще учит не думать о стране, а лишь о своем собственном кармане. Общество отравлено миазмами коррупции, непрофессионализма, безразличия к событиям, выходящим за рамки бренного существования тела с паспортом гражданина Казахстана.

У такой страны нет счастливого будущего. Тем более что дна в падении мы еще не достигли. Кризис ускорит это падение.
Уже сегодня в Алматы вновь переполнена улица Сейфуллина, стихийная биржа труда. Вчерашние строители и разнорабочие строек вновь пытаются заработать кусок, разгружая фуры и вагоны. Уровень жизни этого контингента резко упал, причем еще ниже, чем был до строительного бума. Их квалификация осталась прежней – практически нулевой. Будущее этих людей – либо возвращение в места прежнего проживания, то есть, на село, на землю, которая все же позволит выжить натуральным хозяйством, либо криминалитет и тюрьма, а то и смерть.

Атрофировавшаяся у членов нашего общества способность просчитывать последствия своих поступков (поэтому процветают бытовое хамство и бескультурье, паркуются как попало автомобили на обочинах дорог, заплевываются тротуары и т.д.), скорее всего, приведет всю эту ныне безработную массу в криминал. Полиция с ростом стихийного криминалитета уже не справляется, поэтому патрульные наряды «усилены» служебными овчарками, что все более соотносится с режимом фашистской Германии на захваченных территориях.

При этом общество разъединено – и даже глубже, чем мы себе можем представить. Ведется незримая пропаганда – она осуществляется несколькими группами. Оралманы учат сельских казахов тому, что они, их предки – ничтожества, которые «легли под русских». Таким образом, себя оралманы видят «чистыми казахами», не продавшимися. Подобные семена прорастают на благодатной почве, подготовленной казахскими национал-патриотами, которые совершенно не думают о последствиях многих своих высказываний и о том, какие они в итоге дают всходы.

Радикальная исламская пропаганда ведется в мелких мечетях уже по всей территории страны, к примеру, в Алматы такие «религиозные кружки» организованы во всех местах большого скопления «урбанизирующихся» казахов – то есть, вблизи крупных рынков города, например, барахолка или Зеленый базар.

На востоке и севере страны, а также в крупных промышленных городах, вновь набирают силу пророссийские настроения, связанные с успехами РФ на спортивном и политическом полях. В спорте – громкие победы, в политике – приход к власти уже третьего президента России, что радикально оттеняет аналогичные процессы в Казахстане, замороженные в состоянии начала независимости. Наверняка это, в конце концов, приведет к усилению роли национального признака как условного идентификатора «свой – чужой».

Начавшиеся массовые увольнения на Тенгизе приведут к обострению протестных настроений на западе республики, от которых недалеко и до усиления сепаратистских тенденций, а там и до радикализма по отношению ко всем «неместным».

Казахстанская оппозиция представляет собой классических «либералов», впитавших идеологию «бескровных революций» и двигающихся именно в этих рамках. Вероятно, многие понимают, что вывести народ на площади, не имея гарантий, что власть не спустит с поводка полицию, - означает покрыть кровью, прежде всего, свои руки.

В условиях, когда пропаганда режима контролирует все масс-медиа страны, имеющие республиканское значение, от обвинений будет очень трудно отмыться. Поэтому главная цель оппозиции – выборы, на которых власть подарит им пару-тройку мест в парламенте. Ради этой пары-тройки мест оппозиционные партии совершают иной раз такие кульбиты, что начинаешь сомневаться в наличии чего-то похожего на разум у этой публики.

Давайте обобщим наши субъективные наблюдения в ряд тезисов, отражающих нашу современную действительность:
- в стране фактически уничтожен пролетариат как класс – исключение составляют промышленные регионы, где пролетарии – это шахтеры и металлурги, еще способные бороться за свои права;
- в стране фактически уничтожено крестьянство, и тоже как класс – процветает мелкое фермерство и латифундисты, сельчане разрозненны, в селах процветает алкоголизм, религиозное мракобесие, зацветают ростки национализма, основанные на исторических обидах, а не на реальной действительности (ксенофобии) и питающиеся пропагандой оралманов;
- в стране наблюдается катастрофическое падение интеллектуального уровня, растет дилетантство во всех сферах, в том числе и образовательной;
- происходит культурная деградация общества, моральная фактически дошла до своего предела, за которым – безразличие к человеческой жизни как высшей ценности, религиозные институты не справляются с задачей духовного оздоровления общества.
В такой атмосфере – атмосфере очень мутной воды, к отдельным участкам которой нас не подпускает «береговая охрана», вооруженная до зубов, - элита легко ловит свою рыбку прибыли. Преступление, на которое она решилась ради достижения этой цели – бесконечного пополнения своего богатства – уничтожение собственной страны, превращение полиархии (той самой либеральной демократии, к которой мы начали свой путь в 1991 году) в автократию с элементами анархии.

В настоящий момент Казахстан уже прошел точку бифуркации и откат назад невозможен. Наша пропасть ждет нас, но ее глубина может быть снижена. Или внизу найдется соломка, смягчающая удар. Все зависит от того, как именно начнется падение, и насколько будет велика готовность к этому общества.

Что нас ждет?
Тут и гадать не надо – вся страна сейчас ждет одного. Окончания президентского правления Нурсултана Назарбаева. Ориентировочно – 2012 год, когда придет срок очередных выборов. В обществе не верят, что первый президент пойдет на еще один срок. Просто не думают в этом ключе. История нашего будущего заканчивается 2012 годом. На дальнейшее прогнозы делать никто не спешит.

Но все может случиться и до этой даты. Например, уже ближайшей зимой, когда кризис не просто будет угрозой, а без стука войдет и поселится в каждом доме, в каждой семье.
Противоречия, имеющиеся в обществе, станут определяющими дальнейшего развития ситуации? Придет понимание того, что все вопросы (даже государственного языка и его проблем) вторичны, а на первом месте – банальное спасение государства и нас, как граждан цивилизованного (пока еще) общества?
Или иное встанет на первый план – своя шкура ближе к телу? Полная анархия и распад страны на мельчайшие анклавы, обитатели которых сумели договориться и установить свои правила на территории совместного проживания? Географические особенности Казахстана вполне способствуют и этому, равно как и полное отсутствие государственного мышления у большей части граждан государства. Для них приоритетны шкурные интересы, и именно они возобладают над общественным разумом.

В какой-то степени нефть является залогом нашего спокойного существования – внимание к нам цивилизованного мира и вынужденная вследствие этого необходимость держать себя в рамках мешает казахстанской элите скатиться в ужас феодального средневековья. Но методы разборок представителей элиты друг с другом (они уже схватились за топоры!) сигнализируют – как только Запад и Россия потеряют к нам интерес, топорами рубить станут каждого, кто перейдет дорогу сильному.

Словом, сценарии, один мрачнее другого, подсказывают наша действительность и тенденции, которые укрепились в нашем обществе. А главная из них – практически никто не ощущает своей личной ответственности за происходящие события. Общество легко сдалось, переложив на режим вместе с инструментами власти и ключевые вопросы общегосударственной морали и нравственности.

Мы не одергиваем плюющих на тротуары, мы бросаем мусор в арыки, паркуем, как попало, автомобили, ведем себя вызывающе на дорогах – это первые признаки того, что общество серьезно больно. Страдает безразличием и безответственностью.

Нам не стыдно за попрошаек, за улицу Сейфуллина. Мы не считаем это своей личной проблемой, это зрелище не оскорбляет наши огрубевшие души. Неудивительно, что и та сторона, которая вынуждена побираться или батрачить, ненавидит именно безразличных своих сограждан, а не далекую и мифическую власть. Так что первый разлом, очевидно, пройдет по линии «социально благополучные горожане - социальное «дно».

Логичным следствием этого будет раскол по линии «деревня – город». Не будем забывать о факторе оралманов и религиозном факторе, которые вкупе сложатся в одно грандиозное межнациональное (языковое) противоречие, а ведь оно, кстати говоря, возбуждается именно властью. Притом, что она сама не сделала практически ничего для устранения этой проблемы. Кроме лозунгов и освоения бюджетов. Не проявила даже необходимой, но разумной жесткости к тому, чтобы склонить всех граждан страны к изучению государственного языка, сославшись при этом на «гражданское сознание», которое, якобы, должно погнать русскоязычных к партам.

В условиях отсутствия гражданских настроений в обществе, которому, откровенного говоря, наплевать на государство и его строительство, и место каждого индивида в системе государства, такое попустительство является преступлением. Очевидно, что режиму выгодна эта ситуация, когда граждане одной страны общаются на разных языках (добавим к этому вопиющие разрывы в интеллектуальных уровнях между различными слоями общества): ведь в этом случае они не смогут договориться и противопоставить интересам элиты свои собственные, народные интересы.

Итак, страну может тряхнуть еще задолго до наступления дня Х, когда первый президент страны передаст бразды правления второму президенту. Есть опасность и во внезапном прекращении первым президентом своих обязанностей задолго до определенного им самим для себя срока, поскольку вопрос с преемником, дамокловым мечом повисший над нашей страной, будет решаться по принципу «кто сильней – тот и наследник». И уж эти разборки элита не сможет провести за кулисами, они однозначно выльются на улицы.

С другой стороны, возможен и сравнительно тихий выход из ситуации, если ответственность за дальнейшие события в стране сможет взять в свои руки независимая от действующего режима группа. Она вполне может быть каким-то образом связана с Н. Назарбаевым, может гарантировать ему почетный уход и старость, однако с действующей системой и персоналиями в ней она связана быть не должна. Иначе второй президент станет последним президентом независимого Казахстана, сохранившего в себе все прошлые противоречия, которые и разрушат государство.

Что нам делать?
Попытаться осознать себя гражданами одной страны. Понять и принять, что в этой стране живут люди самых разных национальностей, разных верований и языков. Понять и признать, что эти вопросы – вторичны, поскольку они являются уровнем домашнего очага, круга семьи, но не государства.

Государство – это эффективная команда людей, действующих на мировом пространстве сообща, понимая, что рассчитывать могут только на себя – вокруг в лучшем случае безразличие, в худшем – ненависть. И эти люди должны уметь договориться между собой, найти общий язык.

Неважно, каким он будет – казахский, русский, английский. Важна та общая система принципов, которая понятна каждому из членов команды без слов и объяснений, что-то вроде американской декларации о стремлении к счастью, которую понимает любой американец, не владеющий даже английским языком (испаноязычный техасец, к примеру, или китаец из Нью-Йорка – все они понимают, что, обладая гражданством США и соблюдая законы страны, они имеют право на достижение счастья).

И именно эту систему принципов должно охранять государство всеми своими силами, потому что именно они и станут – Законом нашей страны.
Их мы напишем сами, а не перепишем бездумно у французов или англичан. Этот документ станет нашей Конституцией – Законом независимого Казахстана.
Его можно начать писать уже сейчас. Благо, Интернет у нас еще не забрали…
About LiveJournal.com